У нас в воскресенье-понедельник-вторник гостил Ваня, который
ittarma . Теперь в семье официальная религия - любить и боготворить Ваню. Правда, нас нельзя считать основателями религии. Как показывает практика, в Москве Ваню любят, хотят и боготворят как минимум 200 человек, и после каждого его визита в Москву это число растёт.
Где-то на крыше, в страшной промзоне на Магистральной улице стоит человек с головой салатовой вороны, кутается в плащ, смотрит на Москва-Сити и всхлипывает "Где же ты, Ваня, зачем вернулся в Пермь? Я ещё столько хотел тебе показать!.."
Зато нам достался номер журнала "Знамя" с прекрасной подборкой Ваниных стихов, вот, например, среди прочего:На лесозаготовительном поприще трудится Александр Петров.
Смена хуёвая. Раздражён. Напилил недостаточно дров.
Ещё этот ангел унылый читает нотации из-за плеча,
Крыльями хлопая. Мерзкий и въедливый, словно
первый весенний гром кошачья моча.
"Ты - заурядное быдло, а из-за тебя меня премии квартальной лишат.
Ладно другим не обидно - у них Дроботенко, Шурман, Махмуд Ахмади Нежад.
А я в окрестностях Углеуральска вожусь непонятно с кем.
Зачем ты вчера прораба избил? Ты что, охренел совсем?
Зачем ты спиздил в сельпо четырнадцать банок консервированной кеты?
У Фраермана в теплицах кто стёкла все выбил? Не ты?
Чёртов антисемит, будь проклят тот день, когда я подписал договор,
По которому грязную душу твою на плечах своих ангельских пёр
Сорок шесть лет. И все эти годы от тебя никакой благода...
Чтоооо? Повтори, что сказал. Куда мне идти? Так вот, да?!
Ладно, давай. Протяни без меня хоть пару секунд, идиот!"
Ангел вытаскивает из рукава договор. Разворачивает и рвёт.
ВНЕЗАПНО КРОВЬ МОЗГИ РАСЧЛЕНЁНКА ПЕТРОВУ СРЕЗАЕТ ГОЛОВУ СЛЕТЕВШАЯ ЦЕПНАЯ ПИЛА!!!1
Ангел вздыхает.
Квартальная премия уплыла.
или
Вспоминает о тех, кого когда-то любила
выброшенная в урну палочка от пломбира
на углу минимаркета в жаркий полдень уснул
старый, с отломанной спинкой фанерный стул
думает о друзьях и знакомых, глядя на облака,
монетка, подложенная детьми под колёса товарняка
философски настроенный пустой спичечный коробок
иногда размышляет над тем, насколько он одинок
к бетону холодному в скуке смертельной приник
рваный, лежащий на лестничной клетке цветной половик
в картонной коробке для всякого мусора тихо бредит
флакон из-под детского мыла "Мишутка" в форме медведя.
каждого жалко по-своему, но особенно жалко
тех, кого утащила к себе придорожная свалка
наверняка у неё внутри, в самой гуще отбросов
тоже шевелится чьей-то живой души отголосок